Deja Vecu [Уже пережитое] - Георгий Евгеньевич Кузьмин

– Ну да, ты уже говорил, что у вас с Павлом Викторовичем какая-то крупная сделка намечается. Когда вернёшься? Приготовить что-нибудь или сходим куда?

Невероятно! В этой реальности я наступил на те же грабли – пост обыкновенного менеджера в фирме по перепродажам строительных материалов. На кой оно мне?

– Наверное сходим, позже сообщу. Ты, кстати, откуда такая красивая?

– Сашка, с тобой всё в порядке?

– Наверное… Не знаю… А что?

– Ты же меня сегодня сам попросил закрыть один счёт. Сказал, что через месяц может придти Кирилл Павлович. Ты забыл?

Да что же тут творится-то?!

Неужели свою финансовую империю я развил по той же схеме? Как я мог крутить деньги, навлекая на себя цербера из спецслужб, запуская ту же динамо машину со смертельным исходом. В прошлый раз Павлович ясно дал понять, что мои заёмщики «страшные люди» и сотрудничество с ними грозит катастрофой. Может моя шизофрения ничего не помнила? Хотя, если он припомнил момент рождения, значит и всё остальное ему было доступно.

– Как же не помню, у меня фото…

– Да-да, у тебя фотографическая память, зануда ты мой! – перебила меня Анька, и чмокнула в щёку. – Ладно, дуй в свой офис, а я пойду, у меня сегодня ещё две консультации.

– А чай? Ты мне не сваришь своего фирменного чайку?

– Не, сейчас уже не успею, – сказала она и выпорхнула из комнаты.

Ну и пускай летит, радость моя, а меня ожидают разбирательства с творением рук моего «секонд-эго». Собираясь бежать на поиски очередных ответов, я схватил ежедневник (эх, кобуры не хватает!), и еще раз осмотрел комнату, в попытке зацепиться за что-нибудь стоящее. Кровать, стол, подоконник, компьютер, тумбочка, книжный шкаф, телевизор…

Книжный шкаф!

Уж не знаю, что заставило меня уделить этой мебели своё драгоценное внимание, но внутренний голос просто-таки приказал мне разглядеть книжные полки поближе.

– Ничего не поменялось, – размышляя вслух, проскальзываю взглядом по корешкам книг, где покоился тот же набор авторов, что и в моей прошлой жизни: Айзек Азимов, Рей Бредбери, Жюли Верн, Генри Лайон Олди, Сергей Лукьяненко, Гарри Гаррисон, Кристофер Сташефф, Герберт Уэллс, братья Стругацкие… – Вот оно что, Стругацкие!

Будущая коммерческая шутка с названием аппарата Mobeonsa корнями вплетается в моё пристрастие к фантастической литературе, и теперь понятно почему эта задачка оказалась не по зубам будущим поколениям. По сути, это анаграмма, но не с латинского или греческого языка, а с очень символического названия романа братьев Стругацких. Что может олицетворять технологию, дающую задний ход для организма человека, в сущности, запуская время назад? Конечно же дни недели, меняющиеся местами в обратном направлении! Название их романа «Понедельник начинается в субботу» по английский может звучать как «Monday begins on saturday», а в сокращении Mo-be-on-sa. Да уж, вот что значит крепко врезать метафорой по неокрепшему разуму пролетариата.

После книжного шкафа я кинулся к рабочему столу, с целью найти какие-нибудь «записи-зацепки», указывающие чем промышлял мой двойник, и раскрыть его планы на ближайшее будущее.

Ничего!

Сукин сын предусмотрительно не оставлял следов, да и зачем ему нужно что-то записывать, когда наша черепная коробка способна вмещать тонны информации и воспроизводить всё в мельчайших подробностях? Вытащив диск с пространным предупреждением и порвав записку, я взял ежедневник и начал движение в сторону офиса. Порывшись на ходу в ежедневнике, вновь сталкиваюсь с «трудностями перевода» – записей там бесконечное множество, но что они означают, мне неизвестно.

Единственное, что кидалось в глаза – путешествия во времени начинаются в мой двадцать первый год, даже после злосчастного зачеркивания даты рождения. Предсказуемо, ведь не мог же я родиться с книгой в обнимку, а значит и распрягаться временем я могу только после того таинственного получения ежедневника на руки.

Через час меня приветствовал до боли знакомый рассадник менеджеров и интернет-зависимости, с вечными его спутниками – запахом безвкусного кофе и переламывающими воздух кондиционерами. Тут и Леночка имелась, ушедшая с головой в виртуальные миры, и Павел Викторович по деловому расхаживал из кабинета в кабинет, и моё личное место осталось там же.

Стабильность – наше всё.

– Приветик! – сказала Леночка, по привычке не оборачиваясь. – Ты как всегда, в середине рабочего дня. Пользуешься расположением начальства?

Ага, в этой жизни я вновь стал любимчиком «Упыря», следовательно, и «СтройМатВероника» косвенно принадлежит мне. Вот ведь шизофреническая сволочь, все мои достижения как с кальки снял!

– Да, дела-дела, – усаживаюсь в кресло, для виду включая компьютер. – Никак не могу себе позволить прийти на работу с утра.

– Ну я так и подумала, – не смотря на саркастический тон, повернулась она, приветливо улыбаясь.

– Вперёд к успеху! – хлопнул меня по плечу Павел Викторович. – Ну что, через сколько сможешь зайти?

Я к нему «смогу» зайти?

– Простите, я вот только сейчас почту проверю, – мямлю себе под нос, пока улитка осознания доползает до моего разума, что со всем моим окружением общался не я, и любое взаимоотношение – это творение не моих рук.

Интересно, и много он успел тут набедокурить?

– А когда это ты ко мне на «Вы» успел перейти? Ну ты, Сань, даёшь! Единственный менеджер по экспорту за рубеж, и ко мне на «Вы». Анекдот.

Какой-какой менеджер?

– Простите… То есть прости, я просто сегодня не выспался…

– Ладно-ладно, всё понимаю. Не дергаю. Как сможешь зайти, так и заходи, – расплылся он в подобострастной улыбке, от коей в мою спину вонзились тысячи ледяных иголок. Что мне со всем этим делать? Как реагировать на такое поведение?

– Хорошо, – нужно быть предельно аккуратным, пока я окончательно не разберусь со всей этой туманной мглой альтер-реальности. – Обязательно зайду.

– Я пока у себя буду, – махнул рукой «упырь», и удалился в свой кабинет.

Избавившись от назойливого внимания коллег, я продолжил копаться в «своём-несвоём» прошлом. Первый сюрприз находился прямо в электронной почте – мой двойник оказался параноидально помешанным на здоровье, с упорством бобра, вгрызающимся в дерево, он затаскал наше тело по врачам, получая результаты анализов на почту. Как минимум раз в полгода он проходил полную проверку, от простеньких терапевтов и психологов, до узконаправленных гематологов и нейрохирургов.

Чего он боялся, какую болезнь хотел в себе найти или предотвратить?

Может, именно из-за надвигающейся опасности я и построил Mobeonsa?

Настораживает, что больше писем в почте не было. Может за всей этой кутерьмой с медициной кроется большой подвох? Если он предполагал, что я вернусь, следовательно и любая запись может оказаться не «зацепкой», а наоборот «пылью в глаза», чтобы я не заметил чего-то значимого,